До Нового года осталось:

понедельник, 10 декабря 2012 г.

Агата Кристи - Второй фронт (100 магнитоальбомов советского рока)

Последним глобальным открытием щедрого на таланты свердловского рока стала "Агата Кристи". Пока ведущие группы клуба переживали болезненные изменения в составах, "Агата" резво дебютировала на III свердловском рок-фестивале, продемонстрировав, по воспоминаниям очевидцев, "сорок минут непрерывного драйва". Их взлет был стремительным и впечатляющим. Группа оказалась одним из открытий рок-фестиваля "Сырок-88", а еще через год они очаровали искушенную британскую публику на фестивале New Вeginnings - в одной компании с "Коллежским асессором" и "Не ждали".

На первых порах создавалось впечатление, что музыка "Агаты" начисто лишена каких-либо корней и национальных признаков. Хотя их тексты и грешили плакатностью ("мой хлеб - моя злоба"), но мелодический рисунок большинства композиций был поразительно космополитичен. В песнях группы органично уживались оригинальные гитарные пассажи, клавишные клише и фрагменты из популярных классических, эстрадных и хард-роковых номеров.

"Агата Кристи": Александр Козлов, 
Вадим Самойлов, Петр Май, Глеб Самойлов
...На поиски собственного лица у "Агаты" ушло около пяти лет. После игры в школьном ансамбле города Асбеста тяга к высшему образованию забросила гитариста Вадима Самойлова, барабанщика Петра Мая и клавишника Сашу Козлова в Свердловск. Это трио обрело официальный статус вокально-инструментального ансамбля радиотехнического факультета УПИ при стройотряде "Импульс". Со временем музыканты оказались обладателями небольшой радиорубки, в которой стали записывать экспериментальные программы-альбомы, ориентированные на классический хард-рок. К 88-му году подобных опусов было выпущено четыре - в год по альбому. Окончательно оформленную канцелярию имел лишь последний из них под названием "Свет", в записи которого приняли участие музыканты "Наутилуса" Алик Потапкин и Алексей Могилевский. Сформировавшийся к этому времени стиль получил внутри проекта название "харт" - утяжеленный арт-рок, основанный на лаконичном языке новой волны.

"Почти к каждой композиции можно было подобрать в качестве аналога соответствующую европейскую группу, - вспоминают музыканты. - Вместе с тем у этих песен была и отличительная черта - академизм, т. е. подход к гармонии и аранжировке на основе опыта классической музыки".

Одним из самых весомых достижений этого доисторического периода оказалось приобретение музыкантами звукооператорских и звукорежиссерских навыков.

"Тогда мы занимались тем, что учились любыми способами создавать естественную реверберацию - вплоть до того, что вытаскивали колонки с микрофонами в институтский коридор, - вспоминает Вадим Самойлов. - Барабаны записывали в соседней с радиорубкой гулкой комнате, располагая микрофоны не только в непосредственной близости от установки, но и вдалеке - добиваясь сразу нескольких обзоров и внушительного звука".

Александр Пантыкин вспоминает, что репетиционный полигон группы внешне напоминал лабораторию Академии наук по производству химикатов, в которой разве что не хватало пробирок и кислоты. Вдоль стен стояла советская бытовая техника - наверченная и перепаянная до неузнаваемости. Сквозной канал магнитофона "Ростов" использовался для создания "эхо-эффекта", а безграничные возможности отечественного синтезатора "Поливокс" остроумно применялись для преобразования сигнала, поступавшего с барабанной бочки, в синтетический звук. Все эти чудеса звуковой техники пропускались через пульт свердловского производства "Карат".

"Когда мы начали готовить альбом "Второй фронт", то его "саундпродюсером" оказалось само помещение, в котором мы писались, - вспоминает Вадим Самойлов. - Основное новшество этой работы - симфонические элементы в аранжировках - возникли во многом случайно. Мы пользовались свердловскими клавишами "Квинтет", и единственный приличный тембр, который можно было оттуда извлечь, отдаленно напоминал strings. Отсюда и возникла на альбоме пресловутая скрипичная окраска".

Накануне этой записи группа решила поменять название. Наряду с версией "Жак-Ив Кусто" Саша Козлов предложил "Агату Кристи". Таким образом, "Второй фронт" оказался дебютным альбомом в дискографии еще мало кому известной группы "Агата Кристи".

...Незадолго до начала сессии из Сургута вернулся барабанщик Петр Май, работавший в течение двух лет по распределению в тюменской глуши. В отличие от Вадима Самойлова и Александра Козлова, посещавших в юные годы музшколу, Петр Май никогда нигде не учился и был простым асбестовским самородком.

Козлов к тому времени закончил с отличием медицинский институт и трудился в ординатуре. Малозаметный на сцене, он привносил в звучание группы мелодизм и необходимую попсовую окраску. В клавишных партиях Козлова соседствовали музыка к шпионским кинодетективам и симфонические пассажи в духе школы игры на электрическом фортепиано Александра Пантыкина . На лирических композициях Козлов любил применять слегка пафосные электроорганные аранжировки, навевавшие ностальгические воспоминания о медляках из репертуара "Самоцветов" или "Веселых ребят". В дебютном альбоме Козлов был соавтором сразу нескольких композиций: "Инспектор по...", "Коммунальный блюз", "Второй фронт", "Телесудьбы".

Что касается Вадима Самойлова, то уже тогда он сочетал в себе как минимум три достоинства: композиторский талант (им были написаны такие хиты, как "Пантера" и "Черные волки"), звукорежиссерский опыт и своеобразную технику игры на гитаре. С равным успехом он мог исполнять хард-рок, блюз и поп-музыку, и все это у него каким-то хитроумным образом сплеталось в единое целое. И, наконец, Самойлов действительно чувствовал звук и умел толково делать миксы, что подтвердилось в недалеком будущем во время его совместных работ с "Наутилусом" ("Титаник") и Настей ("Невеста", "Танец на цыпочках").

Еще одним специалистом по звуку в группе был Александр Викторович Кузнецов. Долгое время (вплоть до 95-го года) он являлся концертным звукооператором "Агаты Кристи", а также студийным звукорежиссером нескольких свердловских проектов - начиная от "Оркестра Вадика Кукушкина" и заканчивая сольным альбомом Глеба Самойлова "Маленький Фриц". Во время записи "Второго фронта" Кузнецов играл на бас-гитаре, добросовестно разучив предложенные Вадимом Самойловым партии.

Семнадцатилетний Глеб Самойлов в группе пока еще постоянно не играл, поскольку трудился лаборантом в родной асбестовской школе. Будучи целеустремленным юношей, он самостоятельно научился играть на фортепиано, изучил основы музыкальной теории и даже поступил в музучилище по классу бас-гитары. Во "Второй фронт" были включены сразу три его песни: "Гномы-каннибалы", "Пинкертон" и "Неживая вода". Последнюю композицию Глеб позднее пытался переаранжировать для своего второго соло-альбома, работа над которым так и не была завершена.

...Процесс создания "Второго фронта" напоминал небезызвестную историю с одним французским художником-импрессионистом, который, отвечая в зале суда на вопрос: "Правда ли, что вы писали картину всего два часа?" - сказал: "Я писал ее два часа и всю жизнь".

Альбом готовился в течение полугода, а оказался записан меньше чем за две недели. Работа началась летом 87-го года, когда уже были написаны "Пантера" (в акустическом варианте) и композиции Глеба Самойлова. У музыкантов возникла идея пригласить на запись в качестве продюсера Александра Пантыкина. "Мы несколько раз ходили домой к Пантыкину и звали его на репетиции, - вспоминает Козлов. - Но Пантыкин занимался "Кабинетом" и ему постоянно было некогда. Мы подождали-подождали и решили записывать альбом сами". К концу года все песни были отрепетированы до такой степени, что во время сессии оставалось только их отыграть без грамматических ошибок и с соответствующим настроением.

"Спонтанных озарений в процессе записи не было, поскольку все аранжировки были готовы заранее, - вспоминает Кузнецов. - Перед самым началом сессии мы включили фонограмму одной из западных рок-групп, и Вадик на своей чешской гитаре начал играть в унисон пластинке. Совместив саунд гитары с этим диском, мы скорректировали на эквалайзере аналогичное звучание".

К сожалению, название пластинки участники записи вспомнить не смогли (или не захотели).

Первую сторону альбома открывали сразу три рок-боевика с закамуфлированно социальными текстами: "Эти гномы не любят просто высоких / Им каждого хочется засунуть в шаблон / И каждый хочет стать еще ниже / Это верх мечтаний, они все могут / Махать флагом, плюнуть в душу / Рыться в трупах и строить обелиски / Увеличить страх на душу населения / У которого ее давно уже нет".

Напичканная гитарными риффами в духе Whitesnake композиция "Гномы" оказалась первым опусом "Агаты", в котором группе удалось совместить опереточные элементы с канонами тяжелого рока. Спустя полтора года подобная тенденция получила развитие на альбоме "Коварство и любовь", в котором вторично были сыграны "Пантера" и "Инспектор по...".

Одна из самых сильных композиций, "Пантера", в которой вокал Самойлова срывался местами на отчаянный мальчишеский вопль, выгодно отличалась от своей более поздней электронной версии жесткостью и сыростью. В припевах "Телесудеб" Самойлову подпевал вокалист "Встречного движения" Владимир Махаев - "для большей динамики".

Из остальных композиций выделялись "Пинкертон" (с изумительной барабанной техникой Петра Мая) и "Черные волки", в которой заочное влияние Кинчева на поэзию и вокал Самойлова ощущалось достаточно сильно: "Эй, вы, рыцари плоскости / Монстры кляпов и ртов / Ваш страх в бархатной полости кресел / Защитите от сквозняков / Но ветер тропою длинных подвалов / Вскормлены влагой растаявших льдин / Гулко уносит в душные залы наш ритм, наш гимн".

Завершался альбом инструментальной репризой к "Инспектору по..." - пышная кода к достаточно цельному и энергичному альбому.

...Несмотря на сравнительно простую систему записи, не все композиции удавалось зафиксировать после нескольких прогонов. Особые сложности возникли с "Неживой водой" и "Пинкертоном", содержавшими замысловатые гитарно-барабанные партии. По воспоминаниям музыкантов, эти композиции писались на измор с огромным количеством дублей - до тех пор, пока это количество не переходило в качество.

Зафиксированный в рекордно короткие для "Агаты" сроки (с 20 декабря 87-го по 8 января 88-го года), "Второй фронт" вызвал приятный шухер в среде свердловских мэтров. Его хвалил Полковник, а Шахрин отметил, что "от этого студийного альбома идет такой драйв, что просто зависть хорошая берет".

Любопытно, что в самый разгар сессии на запись "Второго фронта" все-таки забрел Пантыкин.

"Первое впечатление от "Агаты" заключалось в том, что ребята очень хорошо представляли себе, что именно они хотят, - вспоминает он. - Они вели себя целеустремленно, без шума и пыли. Я попытался сделать им какие-то замечания, но они их к сведению не приняли и все сделали по-своему. Мне это понравилось, поскольку уже тогда они были уперты в некую свою идею. Она у них явно была".

Александр Кушнир

Содержание:

Сторона А
01. Инспектор по...
02. Гномы-каннибалы
03. Пантера
04. Неживая вода
05. Ты уходишь

Сторона В
06. Коммунальный блюз
07. Чёрные волки
08. Пинкертон
09. Второй фронт
10. Телесудьбы
11. Post Scriptum

Носитель: Rus Tape
Год выхода: 1988
Формат: MP3 128 kbps
Размер файла: 33 Мб
078. АГАТА КРИСТИ - Второй фронт (1988).rar

Комментариев нет :

Отправить комментарий